Нелегкая задача быть волонтером

Как работает благотворительная организация “Ачыкъ юреклер”? Какая система иерархии? Как выдержать нападки и узнать мошенника? Как негелко найти силы отказать в паллиативной помощи. Об этом и о многом другом рассказал нашей редакции гость программы “Musafir” один общественных деятелей и волонтеров “Ачыкъ юреклер” Назиф Ростигу.

ZeyTune: С чего начала работу организация?

— Работа началась в 2014 году с небольших сборов тем людям, о которых знали лично организаторы. Основала Айше-ханым Ниметуллаева. В основном это были малоимущие семьи и старики. Род деятельности был небольшой, в основном уборка домов, уход за стариками. Далее же люди начали привлекаться через соцсети.

ZeyTune: В начале это было по типу “сарафанного радио”?

— Да. И деятельность ограничивалась поначалу колкой дров, приготовлением пищи, элементарными вещами.

ZeyTune: Как быстро произошел переход от “сарафанного радио” в поле соцсетей?

— Все мы знаем нашу недоверчивость, человек не сразу верит, нужны подтверждающие бумаги. В частности очень не хватало волонтерской помощи. Даже и сейчас сама Айше-ханым Ниметуллаева делает 80 процентов работы. Поставкой, организацией занимается она. Волонтеры —  это трудовые мушки которые выполняют поставленные задачи.

ZeyTune: А как ты попал в эту организацию?

— Попал случайно. Благодаря так называемому “сарафанному радио”. Увидел объявление о том, что нужно помочь детям с ДЦП, для них устраивался праздник в ТЦ в детской комнате. Это была зима, и нужно было помочь детям добраться.

ZeyTune: На данный момент сколько человек состоит в организации?

— Именно активных человек 25. И “костяк” из тех, кто с самого начала — человек 5.

ZeyTune: Расскажи нам про систему иерархии в организации.

— Во главе организации Айше-ханым, она непосредственно руководит, есть  совет, ее помощники, которые помогают поставить первоначальные цели, принять решение кому помогать в первую очередь, а кому вынуждены отказать. Если есть тяжелые подопечные, которых тяжело вести, у них есть проблемы с документами, и так как мы зарегистрированная организация и работаем официально,открыто, помочь мы им не можем. Работаем мы с официальным заявление и пакетом документов, все это есть на нашем сайте. У нас нет своего фонда, организация никаких денег не зарабатывает, помогает нам только народ. И даже 100- 50 рублей могут решить проблему и помочь набрать нужную сумму.

ZeyTune: То есть решение куда направить свои силы и средства принимается советом?

— Да, принимается советом, и у этого совета есть оппозиция. Я же являюсь президентом правления организации, заведую юридическими и финансовыми делами.

ZeyTune: Ты опередил мой вопрос относительной твоей должности.

— Перед тем как вынести решение помогать или нет, мы совещаемся , мы прозваниваем врачей, людей которые в том или ином случае компетентны. Иногда приходится пренебрегать чувством совести, я могу это признать. Мы должны помогать человеку, у которого есть шанс, и не растрачивать силы и ресурсы.

ZeyTune: Можно ли тогда заключить, что ты против паллиативной помощи?

— Да, думаю, да.

ZeyTune: Часто ли сталкиваетесь с теми, кто пытается обмануть?

— Да, часто это наблюдается в соцсетях. Если появляются посты о помощи подопечному, люди спрашивают, кому отправлять, но пост не дочитывают, хотя там все прописано и диагноз, и необходимая сумма. Если человек сомневается, он может написать администрации. И вот в комментариях к посту появляются мошенники, которые называя себя администратором, дают свои данные.  Недавно некий “волонтер” с боксом ходил в райне Фонтан, с пакетом документов очень похожим на наш, и собирал деньги по домам и представлялся волонтером нашей организации. Таким мы никогда не занимаемся. Все работы производятся исключительно в интернете.  

ZeyTune: Как вы относитесь к ситуациям с возникающим недоверием? Бытует мнение, что благотворительные организации существуют исключительно ради своей выгоды. Как вы с этим боретесь? Реагируете ли на нападки?

— После крупных акций, когда собираются крупные суммы , чтобы избежать обвинений, перед самой акцией мы выставляем подопечного, ради которого проводится акция, и если человек сомневается, по любому запросу, мы можем предоставить информацию, документы, чеки. И мы, согласно уставу, обязаны предоставить. Ни один волонтер не получает ничего, возможны только компенсации, затраченных лично волонтерами средств. Ни зарплаты, никакой финансовой помощи мы не получаем. Мы добровольно тратим свое время.

Если мы собираемся провести праздник для детей, то прописывается сумма, составляется полный список нужд, смета и открывается сбор на эту сумму. Относительно всех денег, которые приходят в течение сбора, мы пишем в соцсетях и мессенджерах.

ZeyTune: Часто ли случаются недоборы?

— Довольно-таки часто. Но есть люди, скажем так, спонсоры, которые передают деньги, и мы переводим их на небольшой счет.

ZeyTune: Думаете ли вы создать открытый большой фонд, это сложнее в документах и в организации, но ведь оно работает?

— В планах у нас это есть, но пока что не хватает человеческих ресурсов. Из работающих 25 человек, полностью отдаться работе могут процентов 30. Наша молодежь работает и  учится. Времени у всех не хватает. Если мы начнем расширяться, на данный момент, мы не сможем обеспечить достаточный уровень работы.

ZeyTune: Можно ли назвать “Ачыкъ юреклер” первой полноправной крымскотатарской благотворительной организацией?

— Я не стану так утверждать, потому что все благотворительные организации оказывают помощь крымским татарам. Но наш приоритет оказывать помощь крымским татарам. Мы должны в первую очередь помочь себе. Если человеку не к кому обратиться, то он теряет веру, надежду, на то, что ему кто-либо поможет. Для этого и есть мы.

ZeyTune: “Чем больше силы, тем больше ответственности”. С набором мощности, не кажется ли вам, что нужно перелагать ваши возоажности с крымскотатрского поля и на другие? Другие ведь тоже болеют.

—  Как только мы поможем всем крымским татарам, только тогда.  До того, как я оказался в организации, я не знал, что все так плохо. Мы не видим всех болезней и лишений, всех страдающих детей. Сейчас мы начали отходить дальше от Симферополя, в деревни, потому что там все еще хуже. И вот как только мы поможем своему народу, тогда с чистой совестью, зная, что никто из наших соотечественников не нуждаются, мы сможем помогать всем.

ZeyTune: Есть ли оппозиция?

— Есть те, кто считают, что мы поступаем неправильно, что помогать мы должны не только крымским татарам, но всем мусульманам. Мы не против, но опять-таки, у  нас есть порядок оказания помощи, некая очередь. Срочная помощь, и в первую очередь помощь детям. Зачастую люди еще стесняются просить о помощи, особенно взрослые.

ZeyTune: Для улучшения эффективности работы вашей организации, есть ли необходимость в появлении конкуренции? Действует ли это в сфере благотворительных организаций?

— В благотворительности конкуренция нецелесообразна. Если создается организация для помощи,  а не для наживы, то конкуренция и не нужна. Мы будем только рады их появлению, готовы сотрудничать ради общей цели.

ZeyTune: Возможно ли вывести такой род деятельности для себя как основной?

— Зависит от человека. Если ты готов отдать жизнь этому делу, если есть время, организаторские способности и желание, то, конечно, возможно. Мы планируем расширяться, увеличивать штат, но это зависит от активности волонтеров.  

Возможно вам понравится...